[not-aviable=static|search]


ИНТЕРВЬЮ




ТЕМЫ

Какое наследство Ерболат Досаев получил от Болата Жамишева?

Всего чуть больше года назад публиковалось громадье планов по стратегическому развитию нацэкономики. Как быть теперь, после реформы правительства?

Благородная миссия почившего в бозе министерства регионального развития декларировалась как "Создание благоприятных условий для жизнедеятельности населения страны посредством динамичного развития регионов и развития предпринимательства; устойчивого развития…". И прочая, и прочая. Само министерство просуществовало всего полтора года. Естественно, за такой срок сложно судить об эффективности структуры, которую возглавлял тогдашний министр Болат Жамишев. Она просто не успела самореализоваться. Подхватит ли знамя погибшего министерства преемник Ерболат Досаев – неизвестно…

В новой структуре кабмина региональное развитие передано в министерство национальной экономики Казахстана, которое объединило два министерства (Минэкономики и бюджетного планирования Минрегионразвития) и 4 агентства (по статистике, по регулированию естественных монополий, по защите конкуренции, по защите прав потребителей).

Почти по плану

Минрегионразвития в 2013 году планировало реализовать достижение 13 целевых индикаторов, 49 показателей прямых результатов. В результате 3 целевых индикатора не были достигнуты, уровень их исполнения составил 77%, 4 показателя также реализованы на 81%, остальные (10 целевых индикаторов и 45 показателей прямых результатов) исполнены. Естественно, это работа не самого министерства, а в целом - госаппарата. Как  уже писала "Радиоточка", несмотря на различного рода реформы, система продолжает функционировать.

Так, индекс физического объема ВВП был достигнут запланированного уровня 106 % к 2012 году, так же как и ИФО несырьевого сектора. Перевыполнен план по инвестициям в основной капитал, а также по увеличению кредитования экономики банками второго уровня. В соответствии с планами улучшены такие показатели, как "Эффективность антимонопольной политики", "Прозрачность принимаемых решений", "Степень и эффект налогообложения" и даже "Фаворитизм в решениях государственных служащих" в рейтинге Глобальной конкурентоспособности ВЭФ.
Запланированного размера теневой экономики (по официальным данным) достигнуть не удалось.

Кроме того, по причине снижения фактического ВВП от планируемого показателя на 923,1 млн. тенге, не удалось достигнуть запланированной доли правительственного долга.

В числе достижений прямых результатов значатся такие показатели как темп роста розничного товарооборота, дефицит республиканского бюджета и прочее.

Отметим, что на взгляд неспециалиста в экономике, все показатели, которые для себя наметили в ведомстве, не относятся к задачам регионального развития. Может быть, только в макроэкономическом ключе, как результат мультипликативного эффекта. Наиболее подходящие для развития регионов показатели не так многочисленны. Это совершенствование налогового и таможенного законодательства и, видимо, доля гарантированного трансферта в общем объеме поступлений республиканского бюджета. Они были реализованы согласно планам. Также, судя по отчету министерства, удалось удержать на запланированном уровне тарифы естественных монополий.

Если обратиться к задачам, поставленным в министерстве, то среди них есть вполне адекватные. Но реализовать за год их, естественно, не было возможности. Конечно, был разработан Комплексный план по решению проблем миграции и усилению контроля миграционных потоков из сопредельных государств, а также созданию благоприятных условий для отечественных квалифицированных кадров и не допустить их чрезмерного оттока на зарубежные рынки труда. Однако как он будет реализовываться в нынешних условиях "компактного" правительства, - неизвестно.

И все-таки, создается впечатление, что Минрегионразвития занялось с самого начала чем-то не тем, несмотря на четко обозначенную миссию.
Дело в том, что в планах Минрегионразвития значилось: "Обеспечение роста реального валового регионального продукта (ВРП), увеличение доли малого и среднего бизнеса (МСБ) в экономике к 2030 году вдвое, совершенствование государственного регулирования в области архитектурной, градостроительной и строительной деятельности и жилищно-коммунальной сфере, обеспечение безопасности и повышение качества строительной продукции в современных условиях, рациональное и эффективное использование земельных ресурсов Республики Казахстан и полное удовлетворение потребностей различных отраслей экономики в геодезической и картографической продукции, соответствующей современному состоянию местности и государственной топонимике, всесторонняя поддержка предпринимательства".

А как же регионы?

Между тем, в марте прошлого года авторы стратегического плана бывшего министерства сделали анализ текущей ситуации, исходя из которого предполагалась дальнейшая работа. В частности, отмечены значительные различия между регионами по ВРП на душу населения. Так, если по итогам 2011 года ВРП на душу населения по Южно-Казахстанской области составлял 580,9 тыс. тенге, то в Атырауской области – 6413,6 тыс. тенге (разница в 11 раз).

Опираясь на Указ президента Республики Казахстан от 21 июля 2011 года № 118 "Об утверждении Прогнозной схемы территориально-пространственного развития страны до 2020 года", была принята Прогнозная схема территориально-пространственного развития страны до 2020 года, которая является "доктриной" региональной политики государства. В реализацию Прогнозной схемы местными исполнительными органами приняты программы развития территорий на пятилетний период.

Собственно, ничего нового по структуре, к счастью (и, видимо, благодаря прежнему министру), не было изобретено. Так, формулировалось, что приоритетом региональной политики станет формирование центров экономического роста – агломераций, опорных городов 2-го уровня (областные центры) и городов 3-го уровня (моногорода и малые города), а также опорных сельских населенных пунктов (СНП).

Еще одним "столпом" должна была стать программа развития моногородов 2013 года, которая предусматривала диверсификацию экономики. Никаких отчетов по этому направлению, по традиции, правительство не выдавало. Поэтому сложно судить об эффективности данного направления. Известно лишь то, что оно заложено во многие госпрограммы. В том числе и в проекты по поддержке МСБ (в рамках реализации программ "Даму").

Аналитики министерства отмечали основные проблемы по сбалансированному развитию регионов. В частности, наблюдается неравенство возможностей в региональном развитии, возникающие вследствие того, что население не обеспечено стабильными рабочими местами, в результате – неконтролируемая миграция из слаборазвитых аграрных регионов в регионы с моноотраслевой(сырьевой) экономикой. При стихийном формировании центров экономического роста (городских агломераций) в стране существует риск возникновения населенных пунктов в формате "ложной урбанизации", что чревато возникновением дополнительных очагов социальной напряженности. Говоря простым языком, есть угроза новых "шаныраков", как в Алматы в 2006 году.

Но при этом отмечалась низкая и неэффективная мобильность трудовых ресурсов. Кстати, что касается мобильности трудовых ресурсов, то это направление давно и безуспешно продвигают в правительстве. Так, четыре года назад тогдашний министр труда и соцзащиты Гульшара Абдыкаликова заявляла о том, что ее ведомством разрабатывалась новая программа обеспечения занятости населения, одним из направлений которой было повышение использования внутренних трудовых ресурсов путем организации переезда в точки экономической активности.

Планировалось создать карту активности делать перспективные планы по дефицитным профессиям, заранее готовить специалистов в средне-специальных и высших учебных заведениях. Как показала практика, реализация планов по мобильности трудресурсов не удалась…

И все же, Казахстан – страна традиционно сельская. Естественно было бы уделять больше внимания проблемам села. Так, о итогам проведенного мониторинга социально-экономического развития сельских населенных пунктов, количество СНП с высоким потенциалом развития составило 1310 ед., СНП со средним потенциалом развития 5192 ед., с низким потенциалом развития – 409 ед.

Также, специалисты Минрегионразвития отмечали любопытный факт: "В настоящее время из 14 областей Казахстана 12 регионов являются приграничными и занимают большую часть территории страны. При этом уровень жизни населения сельских районов приграничных областей Казахстана, граничащих со странами Содружества Независимых Государств (СНГ) и Единого экономического пространства (ЕЭП), незначительно различается от уровня развития таких же районов сопредельных стран".

При этом сделано сенсационное заключение: за последнее десятилетие центр оказал масштабную помощь регионам по строительству школ, детских садов, поликлиник и больниц. Однако в настоящее время это направление не является приоритетной проблемой. Так, по обеспеченности больничными койками республика опережает ряд европейских стран.

И, наконец, профильное направление бывшего министерства обозначило следующие принципы развития регионов:
1) опережающее развитие территорий с высоким экономическим потенциалом с определением их четкой экономической специализации в национальном и международном разделении труда;
2) опора на имеющиеся конкурентные преимущества регионов с учетом местной специфики;
3) поддержка конкурентоспособности слаборазвитых (депрессивных) территорий;
4) равный доступ регионов к базовым социальным услугам.

Но, при этом указывается почти крамольное: "В Казахстане, как и во многих странах, независимо от уровня их развития, существует проблема чрезмерного регулирования экономической деятельности. Сложные и непрозрачные процедуры, которым должны следовать предприниматели при создании и ведении бизнеса, служат самым серьезным препятствием экономическому росту. Эти процедуры увеличивают затраты на производство и издержки предпринимателей, ограничивают их доступ на рынок, сдерживают развитие бизнеса, ухудшают бизнес-среду и способствуют коррупции. Административные барьеры являются одной из причин появления теневого сектора экономики.

Фактически в Казахстане отсутствует полноценный механизм анализа регуляторного воздействия нормативных правовых актов. На сегодня в Казахстане существует лишь экспертиза оценки социально-экономических последствий, разрабатываемых проектов законов. В отношении подзаконных актов такая экспертиза не проводится. Закон Республики Казахстан "О государственном контроле и надзоре в Республики Казахстан" не исполняется государственными органами, системы управления рисками реализуются формально, эффективность контрольно-надзорной деятельности оценивается по объемам выявленных нарушений и принятых по ним мер».

Изучать документы несуществующего уже министерства можно долго, но это необходимая работа. Нельзя выливать с мыльной водой из таза и ребенка. Если планы подшефной Жамишеву структуры были грандиозными и трудновыполнимыми, а главное - индикаторы, возможно, ставились "не совсем целевые", то анализ ситуации и разработанная Прогнозная схема территориально-пространственного развития, возможно, еще сможет послужить с пользой. А ведь структурные подразделения министерства были готовы работать не отмеренные им свыше полтора года, поэтому планировали мероприятия по развитию регионов как минимум до 2020 года…

Добавил   07:16, 11 сентября 2014   Просмотров: 1976   
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

ДОБАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ
Ваше Имя:
Ваш E-Mail:
Полужирный Наклонный текст Подчёркнутый текст Зачёркнутый текст | Выравнивание по левому краю По центру Выравнивание по правому краю | Вставка смайликов Вставка ссылкиВставка защищённой ссылки Выбор цвета | Скрытый текст Вставка цитаты Преобразовать выбранный текст из транслитерации в кириллицу Вставка спойлера
Введите код: